тел.: +7 (927) 667-01-53

  

Адвокат Алексей Овчинников

Расписка, договор займа
23.11.2016

Многие думают о том, что письменная форма договора займа – это простая расписка: "Но последняя всего лишь удостоверяет передачу заемщику определенной денежной суммы". Таким образом, только договор займа может свидетельствовать о наличии между сторонами заемных отношений, эксперты советуют составлять максимально подробную расписку. Они считают, что не будет лишним указать на добровольность составления документа: это должно быть подтверждено несколькими свидетелями.


Очень хочется сказать) 
22.11.2016

Дорогие родные, коллеги, друзья, знакомые..., всех поздравляю с праздником, с днем памяти Иконы "Скоропослушница"!



Пленум Верховного суда гуманизирует уголовный процесс
17.11.2016

Верховный суд обсудил и отправил на доработку постановление о судебном приговоре, которое заменит разъяснения 20-летней давности. Новый проект посвящен многим актуальным вопросам уголовного процесса. Например, ВС хочет запретить "флеш-приговоры", в которые без изменения копируют целые абзацы из обвинительного заключения. Также разъясняется, что делать суду, если подсудимый отказался от показаний, которые дал под давлением следствия.

Сегодня, 17 ноября, Пленум Верховного суда обсудил и решил доработать постановление о судебном приговоре, который заменит документ 1996 года. Хотя в целом суды правильно применяют нормы, назрела необходимость новых разъяснений, заявил заместитель Председателя ВС, председатель судебной коллегии по уголовным делам Владимир Давыдов. Он выделил несколько распространенных проблем, типичных для приговоров «цифрового века». Одна из них – излишняя детализация приговоров, перегруженных повторами, особенно если они касаются нескольких подсудимых. Другая – чрезмерное упрощение, беглое изложение обстоятельств дела без их анализа.

Поэтому ВС в проекте последовательно напоминает судам о необходимости учитывать презумпцию невиновности, избегать ненужных длиннот, тщательно мотивировать свои выводы, в том числе решение остановиться на особо мягком или, наоборот, суровом наказании, а также ссылаться только на те доказательства, которые были исследованы судом и нашли отражение в протоколе заседания. Если решение основано на оценочных понятиях (тяжкие последствия, существенный вред, корыстная заинтересованность и т. д.), недостаточно просто сослаться на тот или иной признак, нужно привести в описательной части приговора обстоятельства, которые привели суд к такому выводу.

Во многом указания Пленума носят гуманистический характер. Проект отдельно подчеркивает необходимость мотивировать изменение обвинения в ходе судебного разбирательства. Это запрещается, если новая статья содержит признаки более тяжкого преступления или существенно отличается по фактическим обстоятельствам от обвинения, а само такое изменение ухудшает положение подсудимого. Не допускаются формулировки, из которых можно сделать вывод о виновности иных лиц. Если суд решает лишить преступника свободы, хотя закон предусматривает и иные виды наказания, – это необходимо объяснить.  

Суд и следствие

Часть разъяснений посвящена сотрудничеству суда и следствия, которое зачастую слишком тесное. Проект постановления направлен против «флеш-приговоров», в которые копируют без изменения целые абзацы из обвинительного заключения. Это недопустимо без учета результатов судебного разбирательства, гласит проект постановления. Доказательства, полученные в результате оперативно-разыскной деятельности (ОРД), должны быть закреплены: аудио- и видеозаписи просмотрены и приобщены к делу, вещества исследованы экспертами и т. д. Если доказательства будут признаны недопустимыми – нельзя получить эти же данные в ходе допроса сотрудников, которые проводили ОРД, подчеркивается в проекте. В случае явки с повинной суд должен проверить, сообщали ли подсудимому о праве не свидетельствовать против самого себя, пользоваться услугами адвоката и так далее (ч. 1.1 ст. 144 УПК). Этот пункт вызвал вопросы у Генпрокуратуры. Его надо конкретизировать, в частности, дополнить указанием, что вопрос решается исходя из конкретных обстоятельств, сказал заместитель Генпрокурора Владимир Малиновский.

Показания нельзя положить в основу приговора, если подсудимый утверждает, что дал их под давлением следствия, и обвинению не удалось этого опровергнуть. Проект возлагает на суд обязанность выяснить, по каким причинам подсудимый отказывается от ранее данных показаний. Если тот ссылается на незаконные методы расследования – то суд "принимает меры", но заявление при этом направляет руководителю следственного органа для проверки. Суд должен оценить ее результаты и отразить свои выводы в приговоре. При этом прокурор или гособвинитель, по ходатайству которого могут быть проведены спорные действия, должны опровергать утверждения защиты.

Часть разъяснений посвящена приговорам в особом порядке – это нередко вызывает сложности у судов, прокомментировал Давыдов. Он обратил внимание на одно из разъяснений. Из него следует, что именно надо отразить в подобном приговоре: обвинение обоснованно, подтверждается доказательствами в деле, подсудимый понимает, в чем обвиняется, и согласился с ним в полном объеме, и так далее. Другая практическая проблема часто возникает при применении ч. 5 ст. 69 УК (наказание по совокупности преступлений). Как хочет разъяснить судам ВС, в резолютивной части надо указать срок отбытого наказания по первому приговору, который, даже если отбыт полностью, зачитывается в новый срок.

Проект касается также вопросов гражданского иска. Заместитель министра юстиции Дмитрий Аристовпредложил дополнить эту главу положениям о «брошенных» арестах имущества. Они должны отменяться, если в этой мере уже нет необходимости, а не сохраняться после вступления приговора в законную силу, напомнил Аристов. И если гражданский иск оставлен без рассмотрения – суд должен не забыть решить судьбу имущества, сказал Аристов. Но в целом, сообщил он, Минюст проект поддерживает.



Семейное и личное: кто докажет совместные траты
15.11.2016

Чтобы признать долги по кредитам супругов общими, надо доказать: деньги расходовались на семейные нужды. Однако вопрос о том, кто именно должен это сделать, может оказаться непростым для суда. Так произошло в деле бывших супругов из Тульской области – и муж, и жена хотели, чтобы долги каждого из них признали общими, а с оппонента взыскали компенсацию. Первые две инстанции высказали разное мнение, на ком лежит бремя доказывания. А потом в вопросе разобрался Верховный суд. 

Если один супруг распоряжается общим имуществом, то презюмируется, что другой с этим согласен, гласит п. 2 ст. 35 Семейного кодекса. По словам Екатерины Екимовой, юриста практики частных клиентов Юридической фирмы "ЮСТ", в последние годы суды часто применяли эту норму по аналогии, когда делили все "брачные" долги поровну. И не спасало даже то, что один из супругов мог узнать о задолженности только в заседании. "Многие бывшие супруги, чтобы "насолить" своим "вторым половинкам", уже во время суда заключали фиктивные договоры займа со своими родственниками или близкими друзьями, указывая дату подписания незадолго до расторжения брака", – рассказывает Екимова. Подобные "долги", которые в сущности, возникали в ходе процесса, также распределялись в равных долях. Однако дошедшее до ВС дело о разделе кредитных обязательств, возможно, заставит суды взглянуть на ситуацию иначе.

Кредиты и долги

Инна Грищенкова* подала в суд иск к бывшему супругу Дмитрию Точилкину*. Она хотела поделить имущество и кредитные обязательства. До октября 2013 года, когда пара развелась, на общие деньги они успели купить два автомобиля, один из которых, "Opel Ascona", продали в период брака, и телевизор. При разделе имущества Грищенкова просила признать ее долю в нажитом имуществе в размере 2/3, а долю ее экс-супруга – 1/3. Себе она хотела больше, поскольку во время брака взяла кредиты: на ее имя был оформлен потребительский кредит в банке "Ренессанс Капитал" почти на 200 000 руб. (договор от 21 сентября 2012 года), по которому она после развода оплатила 230 000 руб. Были и другие займы: в "ОТП Банк" (4 ноября 2012 года), которому она выплатила почти 128 000 руб., в "Хоум Кредит энд Финанс Банк" (23 апреля 2013 года) – отдала чуть больше 210 000 руб. Кредиты она выплатила, и теперь хотела признать их общими, чтобы получить компенсацию с бывшего мужа. Позже от требований, касающихся долга перед "Хоум Кредит энд Финанс банком", она отказалась.

Он же решил, что имущество следует делить по-другому. Он подал встречный иск к бывшей жене, в котором указал: имущество надо делить в равных долях, а проданный автомобиль "Opel Ascona" не подлежит разделу, поскольку его продали по совместному решению, а деньги потратили на нужды семьи. Кредитные обязательства супруги признавать общими долгами он тоже не хотел. О заключении кредитных договоров Точилкин, по его версии, не знал, кредит был не нужен, а то, что деньги пошли на нужды семьи, его бывшая жена не доказала. Зато он попросил признать общими другие кредиты, оформленные на него: долг перед "Ренессанс-Капиталом" (договор от 22 августа 2012 года) и "Хоум Кредит энд Финанс Банком" (21 ноября 2012 года), суммы которых в судебных документах не обозначены. Точилкин, в свою очередь, тоже хотел взыскать с бывшей жены компенсацию – часть средств по своим кредитам, которые он выплатил после развода.

Что решили суды

Ефремовский райсуд Тульской области частично удовлетворил требования бывших супругов. Суд разделил права собственности на автомобиль и телевизор – доли признали равными, машину оставили за Точилкиным, а в пользу Грищенковой взяли компенсацию, а вот телевизор достался жене – компенсацию за него пришлось выплатить бывшему мужу. Также решился и вопрос с кредитами. Обязательства Точилкина по договору с "Ренессанс Капиталом" от 22 августа 2012 года и "Хоум Кредит энд Финанс Банком" от 21 ноября 2012 года были признаны совместными, и с Грищенковой взыскали компенсацию в пользу экс-супруга. А вот ее требования отклонили. Основанием стало то, что трату кредита на общие нужды заявительница не доказала – а должна была, ведь именно она обратилась с исковым заявлением.

В апелляции – Тульском областном суде – рассудили иначе (дело № 33-3020/2015). Члены гражданской коллегии новым решением признали обязательства Грищенковой по договору с "Ренессанс Капиталом" от 21 сентября 2012 года и с "ОТП Банком" от 4 ноября 2012 года общим долгом супругов. Точилкин же должен был компенсировать бывшей жене часть кредитных выплат, указали в апелляции. По версии судей, бремя доказывания следовало распределить иначе: согласие супруга на распоряжение общим имуществом презюмируется, а значит, это Точилкин должен был доказать, что деньги, которые взяла в кредит его супруга, она потратила не на семью. Он обжаловал апелляционное определение в Верховном суде. Там заключили: в Тульском облсуде допустили ошибку.

Кто докажет совместные траты

Суды первой и апелляционной инстанции не пришли к единому мнению о том, кто должен доказывать, что кредит потрачен на семью. Суд первой инстанции исходил из того, что доказывать, что деньги пошли на общие нужды, должна была заявительница – Грищенкова. В апелляции указали: бремя доказывания того, что она потратила деньги по своему усмотрению, должен ответчик по первоначальному иску – Точилкин. Но он никаких доказательств не представил, а то, что о кредитах он якобы не знал, никак не опровергает доводов Грищенковой, решили в апелляции и признали полученные ей кредиты общим долгом.

П. 2 ст. 35 СК и п. 2 ст. 253 ГК устанавливают презумпцию согласия супруга на действия другого супруга по распоряжению общим имуществом. Но положения о том, что такое согласие предполагается и при появлении у одного из супругов долгов перед третьими лицами, в законе нет, обратила внимание Гражданская коллегия ВС под председательством судьи Александра Кликушина в определении по делу (дело № 8-КГ16-5).

Если у одного из супругов возник долг, он может быть признан общим, только если суд установил: все деньги были использованы на нужды семьи (п. 2 ст. 45 СК). Доказать же это должен тот, кто хочет распределить долги, подчеркнули судьи. Они напомнили, что согласно п. 1 ст. 45 Семейного кодекса, если долги есть только у одного из супругов, то и взыскание должно быть обращено только на его имущество – то есть у каждого могут быть собственные долги. При этом обязанности для других лиц не возникают (п. 3. ст. 308 ГК).

В апелляции эти обстоятельства не учли и неправильно распределили бремя доказывания. Также в Тульском облсуде не установили цели получения Грищенковой кредита и то, на что пошли деньги, указал ВС. В итоге суд сделал ошибочные выводы о том, что деньги потрачены на общие нужды, а значит, и обязательства по их возврату общие. Между тем доказательств этому в материалах дела на было. Оснований отменять решение суда первой инстанции не было, заключил ВС. Судьи отменили апелляционное определение в части отмены решения суда первой инстанции о признании долга общим и его распределении. Этот вопрос придется снова рассмотреть в апелляции.

Нормы Семейного кодекса о разделе долгов между бывшими супругами долго фактически не рассматривались в ВС, отмечает Екатерина Екимова. Но в деле Точилкина и Грищенковой ВС все же решил выработать единый подход судов общей юрисдикции к решению этого вопроса. "Вероятнее всего, после анализа сложившейся ситуации со стороны ВС и четкого указания о распределении бремени доказывания, нижестоящие суды внимательнее будут анализировать все фактические обстоятельства судебных споров и не будут автоматически применять п. 2 ст. 35 СК РФ при распределении долговых обязательств", – выразила надежду Екимова.



Пленум ВС очертил границы должного и возможного в обязательственном праве
14.11.2016

Проект постановления ВС, отправленный на доработку, разъясняет положения общей части обязательственного права. Растолкованы в том числе нашумевшие новеллы ГК, по которым до сих пор почти нет практики: поэтому они вызывают трудности у судов. Документ важный и своевременный, считают эксперты: в нем широко используется принцип добросовестности и защищается слабая сторона договоров (в том числе предпринимательских). Он ориентирует суды правильно применять принцип свободы договора и определяет пределы диспозитивности. Есть в нем и разъяснения сугубо практического характера для нижестоящих инстанций: например, как присудить в рублях сумму, которая указана в валюте.

10 ноября, Пленум Верховного суда обсудил и отправил на доработку проект постановления, посвященного толкованию общих положений Гражданского кодекса (вопросы в основном нашлись у Минюста). В документе говорится в том числе о новеллах ГК, которые вступили в силу год с лишним назад в рамках так называемой "реформы обязательственного права". Некоторые из них оказались сформулированы неудачно и нуждались в толковании, признал на заседании Пленума зампреда Совета при Президенте РФ по кодификации и совершенствованию гражданского законодательства профессор Евгений Суханов. В ходе подготовки проекта велись бурные дискуссии и обсуждения, но в итоге удалось сформировать взвешенные подходы, сообщил Суханов.

В постановлении во многом сохраняются позиции Верховного и Высшего арбитражного судов, заявил зампреда АС Уральского округа Сергей Соловцов. По его словам, документ поможет судам, которые в применении новелл не могут опереться ни на доктрину, ни на практику, потому что их попросту еще нет. В таком случае у них две альтернативы – формальный подход или более широкий, с учетом принципа добросовестности, сказал Соловцов.

По словам докладчика, судьи Верховного суда Сергея Асташова, все разъяснения находятся на стыке теории и практики, учитывается общий или специальный характер норм, их диспозитивность. «В постановлении очень часто используется формулировка – если в договоре не указано иное», – привел пример Асташов. Также он считает, что востребованными окажутся положения касательно факультативных и альтернативных обязательств, которые ранее разъяснялись только в теории.

Проект постановления успели оценить и эксперты «Право.ru». Он дает толкование многим спорным положениям, причем преимущественно ограничительное: учитываются специальные и императивные нормы ГК, а также закона о банкротстве, говорит партнер «Инфралекс» Артем Кукин. По его словам, ВС продолжает широко использовать принцип добросовестности и ссылаться на ст. 10 ГК, которая этому посвящена. «Это позволяет, в частности, истолковать ряд положений об обязательствах в пользу защиты банковских заемщиков», – уточняет Кукин.



Доследственная проверка под вопросом
10.11.2016

Уполномоченный по правам человека в РФ Татьяна Москалькова сообщила, что до конца года она намерена поднять вопрос об отмене процедуры доследственных проверок. По словам омбудсмена, механизм уголовного преследования должен запускаться сразу же после поступления обращения гражданина, а не спустя необходимое на доследственную проверку время, пишет ТАСС.

Аргументируя свою позицию, Татьяна Москалькова отметила, что на сегодняшний день на время доследственной проверки, срок которой составляет месяц, у фигурантов дела нет четко определенного статуса – ни потерпевшего, ни подозреваемого, ни обвиняемого. Также граждане вынуждены дважды давать показания: сначала в ходе опроса во время проверки, затем – в ходе допроса во время следствия. При этом за время доследственной проверки может быть безвозвратно утеряна доказательная база.

Татьяна Москалькова подчеркнула, что немедленный запуск уголовного преследования после обращения будет способствовать осуществлению государственной защиты обратившихся граждан, а следователи смогут сразу же вступать в дело и обеспечивать защиту интересов потерпевших.



Верховный Суд разъяснил, как правильно одалживать деньги
08.11.2016

Нет расписки – нет долга

Жительница Сочи Ольга Бобрусова* в феврале-марте 2012 года одолжила своему хорошему знакомому, Игорю Туровцеву*, значительную сумму – 17 млн руб. Деньги, как объяснил ей приятель, должны были пойти на развитие бизнеса, вернуть их он обещал "максимально быстро". Однако назад свои сбережения она так и не получила – Туровцев отказался возвращать долг, а от телефонных звонков и встреч уклонялся. Тогда женщина обратилась в правоохранительные органы и потребовала возбудить уголовное дело о мошенничестве. Криминалисты провели почерковедческую экспертизу. Ее результаты показали: часть подписей на расписках выполнена "вероятно Туровцевым", часть – иным лицом. Но в возбуждении уголовного дела Бобрусовой отказали, рекомендовав обратиться в суд, поскольку речь шла о гражданско-правовых отношениях.

Бобрусова так и поступила – после того, как досудебную претензию ее друг проигнорировал. Дело попало в Центральный районный суд Сочи на рассмотрение к судье Николаю Круглову, который в удовлетворении иска отказал (дело № 2-2760/2015). В решении он указал, что из содержания представленного Бобрусовой фрагмента расписки не следует, что между ней и Туровцевым "имеются отношения, возникшие из договора займа". Других же доказательств того, что долг действительно был, суду не представили.

Краснодарский краевой суд решение отменили, а иск удовлетворил частично: с Туровцева в пользу Бобрусовой был взыскан долг в размере 9,6 млн руб. (дело № 33-16659/2015). Апелляция заключила, что бумага, представленная истцом, – расписка, а значит, подтверждает существование между сторонами договора займа. Кроме того, вынося определение, суд опирался на показания трех свидетелей, представленные в виде нотариально заверенных письменных объяснений.

Ошибки есть, денег нет

Представители должника определение апелляции оспорили. В итоге дело оказалось в Верховном суде. Гражданская коллегия ВС под председательством Сергея Асташова жалобу удовлетворила (дело № 18-КГ16-70), а дело отправилось на новое рассмотрение в Краснодарский краевой суд – именно там, заключили судьи ВС, и были допущены ошибки.

Гражданская коллегия обнаружила целый ряд допущенных нижестоящими судами нарушений. Основное из них – то, что при принятии решения суд сослался на показания свидетелей. Делать это в данном случае – нарушение закона, указали члены коллегии. Согласно ст. 161, 162 ГК, факт передачи денег заемщику при несоблюдении простой письменной формы сделки можно подтвердить различными доказательствами, кроме свидетельских показаний, напомнили судьи.

Кроме того, согласно ст. 431 ГК, при толковании условий договора суд должен принимать во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений, указано в определении ВС. Однако представленный по делу фрагмент документа содержал только цифры и подписи. Ничего, что разъясняло бы, что именно эти цифры означают, в бумаге нет. Не обозначено также, кому принадлежит подпись, кто и кому передавал деньги, и когда они должны быть возвращены. Ответчик же и вовсе указывал на то, что предоставленная суду бумага – часть другого, не имеющего отношения к делу, документа. Как указали в ВС, в апелляции никакой оценки этим обстоятельствам дела не дали, что стало еще одной ошибкой.

"Кто убедительнее? В настоящем случае бремя доказывания в силу закона возложено на заимодавца, которые должен четко обосновать, что представленный им письменный документ является распиской и ничем иным. Можно ли говорить, что это обстоятельство доказано? Думается, что нет, поскольку приведенные во фрагменте бумаги цифры в действительности могут означать что угодно (например, чьи-то расходы на бытовые покупки). Исходя из изложенного, представляется, что суд вынес взвешенного и правильное решение", – говорит Дмитрий Железнов, адвокат Юридической фирмы "ЮСТ".

Дата нового рассмотрения дела в Краснодарском краевом суде еще не назначена (дело № 33-28492/2016).

Как правильно дать в долг

Как одолжить деньги правильно – чтобы в случае, если должник не захочет возвращать сумму, суметь отстоять свои права в суде? При передаче денег взаймы займодавец должен настаивать на письменном оформлении договора займа, а также на письменном оформлении факта передачи денег, считает Сергей Водолагин, партнер, Westside Advisors. Лучше, если это будет сделано в нотариальном порядке, отмечает он.

Согласен с этим и Дмитрий Железнов. "Если возможности заключить договор займа в нотариальной – или хотя бы в простой письменной форме – нет, то стороны могут составить расписку, текст которой полностью должен быть написан заемщиком собственноручно. В расписке следует указать максимально полные данные о сторонах, а именно: фамилии, имена и отчества, а также полные паспортные данные. Также рекомендуется проследить, чтобы заемщик поставил свою реальную подпись – например, как в паспорте, и не подписывался левой рукой – если он не левша", – говорит Железнов. Несоблюдение подобных рекомендаций может затруднить проведение почерковедческой экспертизы в случае возникновении спора.

Кроме того, можно записать процесс написания расписки и факт передачи денег на видео, советуют юристы.



3 штрафа = лишение прав
27.10.2016

В начале октября Госдума приняла в первом чтении проект закона, который направлен на борьбу со злостными нарушителями ПДД. Так, за три серьезных нарушения в течение 12 месяцев, за три административных штрафа, водителя предлагается оставлять без прав на срок от года до полутора лет. В случае, если нарушителя невозможно оставить без водительского удостоверения (например, если он управляет машиной, не имея прав), альтернативой станет штраф от 

10 000 до 30 000 руб.


Полезные советы
26.10.2016

Полезные советы
25.10.2016